ДЯТЕЛ-ЛЕСНИК Шёл я однажды зимой по лесу. Лес был по-зимнему спокоен, никого вокруг. Я шёл не торопясь, поглядывая кругом. Вдруг вижу – на снегу набросана целая куча сосновых шишек. Все вылущенные, растрёпанные: хорошо над ними кто-то потрудился. Посмотрел вверх на дерево. Да ведь это не сосна, а осина! На осине сосновые шишки не растут. Значит, кто-то натаскал их сюда. Оглядел я со всех сторон дерево. Смотрю – немного повыше моего роста в стволе расщелинка, а в расщелинку вставлена сосновая шишка, такая же трёпаная, как и те, что на снегу валяются. Отошёл я в сторону и сел на пенёк. Просидел минут пять, вижу – к дереву птица летит, небольшая, поменьше галки. Сама вся пёстрая – белая с чёрным, а на голове чёрная с красным кантиком шапочка. Сразу узнал я дятла. Летит дятел, несёт в клюве сосновую шишку. Прилетел и уселся на осину. Да не на ветку, как все птицы, а прямо на ствол, как муха на стену. Зацепился за кору острыми когтями, а снизу ещё хвостом подпирается. Перья у него в хвосте жёсткие, крепкие. Сунул свежую шишку в ту расщелинку, а старую вытащил клювом и выбросил. Потом уселся поудобнее, опёрся на растопыренный хвост и начал изо всех сил долбить шишку, выклёвывать семена. Расправился с этой шишкой, полетел за другой. Вот почему под осиной столько сосновых шишек очутилось! Видно, понравилась дятлу эта осина с расщелиной в стволе, и выбрал он её для своей «кузницы». Так называется место, где дятел своим клювом шишки шелушит. Засмотрелся я на дятла и задумался. Ловко это у него получается: и сам сыт, и лесу польза. Не все семена ему в рот попадут, много и рассыплет. Упадут семена на землю. Какие погибнут, а какие весной и прорастут. Стал я вокруг себя оглядываться: сколько сосенок тут из-под снега топорщится! Кто их насеял – дятлы или белки? Или ветер семена занёс? Едва выглядывают крохотные деревца, чуть потолще травинок. А пройдёт тридцать–сорок лет – и поднимется вот на этом самом месте молодой сосновый бор. (По Г. Скребицкому) (317 слов)

ДНЕВНИК Мне было семь лет. Однажды учитель попросил выучить стихотворение. На другой день он вызвал меня к доске. Я не смог признаться, что плохо выучил стихотворение. Мальчишки стали подсказывать мне, но я всё перепутал. Учитель поставил мне двойку. После уроков я показал дневник моей сестрёнке Лёле. Она сказала, что это очень плохо и папа теперь не подарит мне фотоаппарат. Сестрёнка предложила заклеить страницы в дневнике там, где была двойка. Я ответил, что нехорошо обманывать родителей! В парке я сел на скамейку, развернул дневник и ещё раз посмотрел на двойку. Потом пошёл домой. Но около дома вдруг вспомнил, что оставил свой дневник на скамейке. Я побежал назад. Но на скамейке уже не было дневника. Я сначала испугался, а потом обрадовался, потому что теперь со мной нет дневника с двойкой. На другой день учитель, узнав, что я потерял дневник, выдал мне новый. Я развернул этот новый дневник с надеждой, что на этот раз там ничего нет плохого, но там снова стояла двойка. И тогда я забросил этот дневник за книжный шкаф, который стоял у нас в классе. Через два дня учитель, узнав, что у меня нет и этого дневника, заполнил новый. И сказал, чтобы мой отец посмотрел дневник. Мне очень хотелось получить фотоаппарат, поэтому я с сестрой заклеил уголки страницы дневника. Вечером папа попросил показать дневник. Но ничего плохого там не увидел, потому что страница была заклеена. Но вдруг пришла женщина и сказала, что гуляла в парке и нашла дневник. Папа посмотрел дневник и увидел там двойку. Он не стал меня ругать, только сказал, что враньё всегда обнаружится. Мне было стыдно. Я признался, что ещё один мой дневник с двойкой бросил в школе за книжный шкаф. Но папа вдруг улыбнулся, схватил меня на руки и стал целовать. Он сказал: «Ты сознался в том, что могло долгое время остаться неизвестным. Это даёт надежду, что ты больше не будешь обманывать. Вот за это я тебе подарю фотоаппарат». Вечером пришёл мой учитель. Он рассказал, что в классе за книжным шкафом нашли мой дневник. Но папа ответил, что об этом дневнике уже знает, поэтому нет причин думать, что сын обманщик. С тех пор я дал слово говорить всегда правду. (По М. Зощенко) (352 слова)

СОРОКА Наступила осень, опустели поля и рощи, улетели грачи. Вороны и галки перебрались с полей и лугов поближе к нашему жилью. Их стаи были всюду. Но не только они заявились к нам зимовать. Прилетела из леса в деревню ещё одна птица тоже из вороньего семейства. Это дальняя родственница ворон, грачей и галок. Она мало похожа на своих серых и чёрных сородичей. Наоборот, эта птица наряжена очень пёстро. Головка, спина, крылья и хвост у неё чёрные. А брюшко и бока белые, как снег. За это и зовут эту птицу сорока-белобока. Сорока очень живая, подвижная птица, но очень необщительная. Она очень труслива, малейшая опасность пугает её. Но это не мешает ей забраться даже на птичий двор и стащить оттуда цыплёнка. А с началом весны сороки улетают от людского жилья в леса. Там устраивают они свои гнёзда. Сорока не только на маленьких птичек нападает. Шёл я как-то весною по лесу. По пути заметил сорок. Две сороки то взлетят, то на землю сядут. А заяц на них так и наскакивает. Заметил меня заяц и бросился в лес. Сороки тоже прочь полетели. Вдруг я заметил в ямке маленький серый комочек. Тут я и понял, почему заяц на сорок нападал. Это он своего детёныша так храбро защищал. Сорока – одна из самых интересных птиц. Она очень быстро привыкает к людям, позволяет себя гладить и брать в руки. Её даже можно свободно выпускать на улицу. Она непременно вернётся. А ещё сорока очень любит блестящие предметы. Однажды был вот какой случай. У моих знакомых в городе жила ручная сорока. Она свободно вылетала на волю, а потом возвращалась домой. Как-то раз, когда вся семья сидела за обедом, в открытое окно влетела сорока. Она села прямо посреди стола. Все увидели, что в клюве у неё что-то блестит. Это было золотое кольцо. Откуда она его стащила, неизвестно, хозяина найти не удалось. Видно, не зря эта птица, по старой русской поговорке, зовётся сорока-воровка. (По Г. Скребицкому) (309 слов)

У СЛОНА У слона в зоологическом саду свой особый дом, он один в своём помещении. Нет, впрочем, не один, а со сторожем. Да и не сторож он ему, а товарищ. Слон без него часу провести не может: чуть ему скучно или надо что-нибудь, слон сейчас же зовёт сторожа. Выбрал слон своеобразный и весьма действенный способ обращать на себя внимание: обхватывает хоботом одну стойку в клетке и шатает её из стороны в сторону. А стойки здоровые, в руку толщиной, железные! Слон трясёт стойку, зовёт сторожа: пить ему дай, сена принеси или убери за ним. А то просто скучно стало – так побудь с ним. Сторож так к слону привык, что ему кажется, будто он слона полностью понимает. Вот слон достал где-то хворостинку и суёт её сторожу, а сторож не берёт, спиной к слону поворачивается. Своё решение объясняет так: если взять хворостинку, так потом за это дать надо что-нибудь, например картошку. Но слон так настойчиво совал хворостинку, что пришлось всё же сторожу взять её. Тут же слон хобот вверх закинул и рот раскрыл: еду за хворостинку ждёт. Накидал сторож в слоновий рот картошки, съел слон угощение, а потом ухватил клок сена и снова тычет сторожу через решётку. Вновь хочет за трюк еду получить. Я стал расспрашивать у сторожа, ссорятся ли они со слоном. Сторож ответил, что не приходилось, но пояснил, что он старается со слоном всё мирно улаживать. Ведь известно, что слон может отомстить, если человек с ним плохо обошёлся. А иногда слон может просто озорничать. Привёл сторож такой пример. На веранду двери на зиму заколачиваются и завинчиваются. Эти гайки слесарь специальным ключом туго-натуго завинчивает. Однажды ночью слон эти гайки умудрился отвинтить. Утром сторож пришёл, а слон ему в хоботе гайки протягивает. Пока мы говорили со сторожем, слон уцепил его хоботом за шею, обнял за плечи. Сторож, здоровый мужчина, еле на ногах устоял, так к слону и попятился. А слон повернул его от себя и в спину хоботом толкает – это у него представление такое. Удивила меня дружба сторожа со слоном. (По Б.С. Житкову) (325 слов)

МИХАИЛ МАТВЕИЧ Начальник пограничной заставы капитан Матвеев решил с утра проехать по тайге. Поднялось солнце, и конь резво пошёл в гору знакомой тропой. Но едва въехали в лес, конь взвился на дыбы и метнулся в сторону. У Матвеева от неожиданности сердце заколотилось. Оказалось, что конь испугался маленького медвежонка, который выскочил из-за кустов. Чёрная шерсть медвежонка блестела, а на груди белело пятно. Медвежонок остановился, вытаращился на коня. Матвеев посмотрел по сторонам. Где-то рядом должна быть мать медвежонка. Но она так и не появилась. Капитан спрыгнул с коня, снял шинель, завернул медвежонка и стал быстро спускаться к заставе. На заставе медвежонку обрадовались. Солдаты передавали его из рук в руки. А медвежонок с опаской ворочал маленькими глазёнками и прятал нос. Но как только его взял на руки повар Ерохин, медвежонок быстро его обнюхал и стал лизать его руки. Солдаты смеялись и говорили, что медвежонок мамку узнал. Повар принёс медвежонка на кухню. Он постелил ему за печкой и рядом поставил старую солдатскую миску. Тепло медвежонку, как в берлоге, и чем полакомиться найдётся. Застава стояла в горах, а вокруг тайга. Пахло сосной, и медвежонок чувствовал себя как дома. Назвали его Мишка. Солдаты приносили ему кедровые шишки, и он с удовольствием лущил орехи. Мишка привык к пограничникам. Просыпался с ними в одно время, кувыркался с утра на гимнастических снарядах, боролся с солдатами, ходил по бревну. Но особенно он привязался к повару Ерохину, который тоже полюбил медвежонка. Повар даже отчество придумал своему питомцу: Михаил Матвеич. Пограничники удивились такому выбору, а Ерохин им объяснил, что принёс медвежонка капитан Матвеев. Так и стали медвежонка звать по имени и отчеству. Как только наступало время обеда, Михаил Матвеич бросал все игры и ковылял к кухне. Он хватал передними лапами свою солдатскую миску, как его выучил повар. Затем пристраивался за солдатами к раздаточному окошку. Ерохин накладывал ему порцию каши, и Михаил Матвеич отправлялся есть в угол. Через несколько минут он с пустой посудой останавливался у солдатских столов. И каждый пограничник добавлял ему ложку из своей порции. К зиме медвежонок повзрослел, окреп и однажды убежал в тайгу. Теперь он мог жить самостоятельно. (По В. Коржикову) (337 слов)

НИКОЛАЙ МИКЛУХО-МАКЛАЙ Знаменитый русский учёный-путешественник Николай Миклухо-Маклай изучал жизнь разных народов. Он хотел доказать, что люди не делятся на высшие и низшие расы. В то время не все соглашались с этим утверждением. Чтобы доказать свою позицию, учёный отправился на далёкий остров Новая Гвинея. Он собирался изучить жизнь одного из диких племён. Капитан корабля боялся за жизнь исследователя и уверял его, что нельзя высаживаться на остров без оружия, поскольку чернокожие дикари могут съесть белого незнакомца. Миклухо-Маклай возражал ему и объяснял, что он не собирается брать с собой оружие. Ведь он идёт к туземцам с миром и не будет в них стрелять даже в случае опасности для своей жизни. Первое знакомство учёного с местными жителями произошло так. Он отправился через джунгли в селение туземцев. Примерно через час джунгли расступились и показались хижины. Когда жители селения увидели белого человека, начался переполох. Женщины с детьми спрятались в хижинах. Мужчины выстроились в ряд и стали угрожающе размахивать копьями. Они не понимали, чего можно ожидать от этого диковинного белокожего человека, приплывшего неизвестно откуда на огромной лодке, которая умеет плеваться огнём (так восприняли папуасы салют, который был дан капитаном). Приближаться к хижинам было опасно. Но нужно было найти способ показать туземцам, что белый человек явился к ним с миром. Решение он принял смелое. Миклухо-Маклай спокойно лёг на землю, растянулся и притворился, что спит. Самое удивительное было в том, что вскоре он и в самом деле уснул. Проснулся путешественник поздно. Солнце уже садилось. Туземцы толпились возле него и с любопытством его разглядывали. Миклухо-Маклай показал знаками, что голоден. Ему принесли вкусные тропические фрукты... Вскоре учёный подружился с туземцами. Он изучил их язык и обычаи, помогал им: лечил, снабжал топорами и пилами. Миклухо-Маклай старался примирить враждующие племена и запретил войны. Островитяне оценили его заботу и очень привязались к нему. Учёному удалось доказать, что нельзя относиться с превосходством к людям иной расы. Племя имело свою, непохожую на западную культуру, потому что жило в отдалении от остального мира. Память об учёном чтут во всём мире. А берег Новой Гвинеи, на который он высадился более ста лет назад, теперь называется Берегом Маклая. (По С. Маркову) (337 слов)