| Какую роль в приведённой сцене «Грозы» играют второстепенные персонажи? | Как приведённая сцена подготавливает признание Катерины?

Прочитайте текст и выполните задания. Действие четвёртое. Явление четвёртое Разные лица и потом Кабанова, Кабанов, Катерина и Кулигин. 1-й. Должно быть, бабочка-то очень боится, что так торопится спрятаться. Женщина. Да уж как ни прячься! Коли кому на роду написано, так никуда не уйдёшь. Катерина (вбегая). Ах, Варвара! (Хватает её за руку и держит крепко.) Варвара. Полно, что ты! Катерина. Смерть моя! Варвара. Да ты одумайся! Соберись с мыслями! Катерина. Нет! Не могу. Ничего не могу. У меня уж очень сердце болит. Кабанова (входя). То-то вот, надо жить-то так, чтобы всегда быть готовой ко всему; страху-то бы такого не было. Кабанов. Да какие ж, маменька, у неё грехи такие могут быть особенные: все такие же, как и у всех у нас, а это так уж она от природы боится. Кабанова. А ты почём знаешь? Чужая душа – потёмки. Кабанов (шутя). Уж разве без меня что-нибудь, а при мне, кажись, ничего не было. Кабанова. Может быть, и без тебя. Кабанов (шутя). Катя, кайся, брат, лучше, коли в чём грешна. Ведь от меня не скроешься: нет, шалишь! Всё знаю! Катерина (смотрит в глаза Кабанову). Голубчик мой! Варвара. Ну, что ты пристаёшь! Разве не видишь, что ей без тебя тяжело? Борис выходит из толпы и раскланивается с Кабановым. Катерина (вскрикивает). Ах! Кабанов. Что ты испугалась! Ты думала – чужой? Это знакомый! Дядюшка здоров ли? Борис. Слава Богу! Катерина (Варваре). Что ему ещё надо от меня?.. Или ему мало этого, что я так мучаюсь. (Приклоняясь к Варваре, рыдает.) Варвара (громко, чтобы мать слышала). Мы с ног сбились, не знаем, что сделать с ней; а тут ещё посторонние лезут! (Делает Борису знак, тот отходит к самому выходу.) Кулигин (выходит на середину, обращаясь к толпе). Ну, чего вы боитесь, скажите на милость! Каждая теперь травка, каждый цветок радуется, а мы прячемся, боимся, точно напасти какой! Гроза убьёт! Не гроза это, а благодать! Да, благодать! У вас всё гроза! Северное сияние загорится, любоваться бы надобно да дивиться премудрости: «с полночных стран встаёт заря», – а вы ужасаетесь да придумываете: к войне это или к мору. Комета ли идёт – не отвёл бы глаз! Красота! Звёзды-то уж пригляделись, все одни и те же, а это обновка; ну, смотрел бы да любовался! А вы боитесь и взглянуть-то на небо, дрожь вас берёт! Изо всего-то вы себе пугал наделали. Эх, народ! Я вот не боюсь. Пойдёмте, сударь! Борис. Пойдёмте! Здесь страшнее! Уходят. (А.Н. Островский, «Гроза»)