Назовите литературное направление, в основе которого лежит объективное изображение действительности и принципы которого воплощены в пьесе М. Горького «На дне».

Прочитайте текст и выполните задания. Н а с т я (вскакивая). Молчите... несчастные! Ах... бродячие собаки! Разве... разве вы можете понимать... любовь? Настоящую любовь? А у меня – была она... настоящая! (Барону.) Ты! Ничтожный!.. Образованный ты человек... говоришь – лёжа кофей пил... Л у к а. А вы – погоди-ите! Вы – не мешайте! Уважьте человеку... не в слове – дело, а – почему слово говорится? – вот в чём дело! Рассказывай, девушка, ничего! Б у б н о в. Раскрашивай, ворона, перья... валяй! Б а р о н. Ну – дальше! Н а т а ш а. Не слушай их... что они? Они – из зависти это... про себя им сказать нечего... Н а с т я (снова садится). Не хочу больше! Не буду говорить... Коли они не верят... коли смеются... (Вдруг, прерывая речь, молчит несколько секунд и, вновь закрыв глаза, продолжает горячо и громко, помахивая рукой в такт речи и точно вслушиваясь в отдалённую музыку.) И вот – отвечаю я ему: «Радость жизни моей! Месяц ты мой ясный! И мне без тебя тоже вовсе невозможно жить на свете... потому как люблю я тебя безумно и буду любить, пока сердце бьётся во груди моей! Но, говорю, не лишай себя молодой твоей жизни... как нужна она дорогим твоим родителям, для которых ты – вся их радость... Брось меня! Пусть лучше я пропаду... от тоски по тебе, жизнь моя... я – одна... я – таковская! Пускай уж я... погибаю, – всё равно! Я – никуда не гожусь... и нет мне ничего... нет ничего...» (Закрывает лицо руками и беззвучно плачет.) Н а т а ш а (отвёртываясь в сторону, негромко). Не плачь... не надо! Лука, улыбаясь, гладит голову Насти. Б у б н о в (хохочет). Ах... чёртова кукла! а? Б а р о н (тоже смеётся). Дедка! Ты думаешь – это правда? Это всё из книжки «Роковая любовь»... Всё это – ерунда! Брось её!.. Н а т а ш а. А тебе что? Ты! Молчи уж... коли Бог убил... Н а с т я (яростно). Пропащая душа! Пустой человек! Где у тебя – душа? Л у к а (берёт Настю за руку). Уйдём, милая! ничего... не сердись! Я – знаю... Я – верю! Твоя правда, а не ихняя... Коли ты веришь, была у тебя настоящая любовь... значит – была она! Была! А на него – не сердись, на сожителя-то... Он... может, и впрямь из зависти смеётся... у него, может, вовсе не было настоящего-то... ничего не было! Пойдём-ка!.. Н а с т я (крепко прижимая руки ко груди). Дедушка! Ей-богу... было это! Всё было!.. Студент он... француз был... Гастошей звали... с чёрной бородкой... в лаковых сапогах ходил... разрази меня гром на этом месте! И так он меня любил... так любил! Л у к а. Я – знаю! Ничего! Я верю! В лаковых сапогах, говоришь? А-яй-ай! Ну – и ты его тоже – любила? Уходят за угол. (М. Горький, «На дне»)